Организационно-деятельностная игра как новая форма организации и метод развития коллективной мыследеятельности

/ Автор: / Оригинал

Уважаемые коллеги, эта статья требует краткого пояснения. Я включил ее в сборник на свой страх и риск, так как не имею разрешения на публикацию ни от Г.П. Щедровицкого (который к великому моему сожалению скончался), ни от его наследников. Статья была опубликована в достаточно раритетном издании "Системные исследования. Ежегодник" за 1986 год. Мне представлялось важным включить в сборник хотя бы один образец серьезных исследований и разработок по игротехнике. Да, я понимаю, странный язык, странная, мягко говоря, терминология. И тем не менее, вот оно - исследование по игротехнике. К сожалению исследования по игротехнике могут быть только такими, другими они не получаются. Но смущет меня не это, данная статья не "попытка теории", а собственно, теория. Это, с моей, несомненно спорной, точки зрения, образец. В этом выпуске места для образцо не предусмотрено, но я все равно включил ее в сборник.

Ответственный за выпуск П. Шилов

– – –

С середины 50-х годов в Москве на междисциплинарных методологических семинарах стала разрабатываться особая форма интеллектуальных методологических игр (далее ИМИ), которая затем, в конце 70-х годов, была преобразована в иную форму игр, получивших название организационно-деятельностных (далее - ОДИ). В настоящее время ОДИ получили уже распространение в качестве средства и метода решения сложных междисциплинарных, межпрофессиональных и даже межкультурных комплексных проблем, имеющих важное народно-хозяйственное значение, и, более того, - в качестве удобной и достаточно эффективной формы организации и развития коллективной мыследеятельности, и поэтому их уже можно обсуждать как новое социокультурное явление современной жизни.

Предыстория становления ОДИ.

В процессе становления и развития ОДИ, с одной стороны, можно выделить ряд сформировавших их базовых компонент, а с другой стороны, саму эту предысторию - разбить на ряд периодов, организуемых в соответствии с логико-онтологической структурой категории происхождения (см. 1).

Первой и основной базовой компонентой ОДИ, по сути дела, их основание являются теоретические и практические концепции Московского методологического кружка (далее - ММК), которые сами прошли в своем развитии три основных этапа:

  1. С 1952 по 1960 - этап содержательно-генетической эпистемологии (логики) и теории мышления (см. 2-9);
  2. С 1961 по 1971 - этап деятельностного подхода и общей теории деятельности (см., к примеру, 10 N 19);
  3. С 1971 - этап системомыследеятельностного (далее - СМД) подхода с одновременным переносом центра тяжести теоретических исследований и разработок на общую структуру методологии и ее основные единицы - подходы (см. 20-23).

С момента своего появления в конце 70-х годов в качестве особой формы организации коллективной мыследеятельности и вплоть до настоящего времени ОДИ формировалась как практическая реализация концепций ММК и сейчас продолжает развиваться в этой своей функции (см. 23). Поэтому именно теоретические представления и концепции ММК должны быть названы как первая базовая компонента ОДИ.

Второй базовой компонентой ОДИ была практика проведения полидисциплинарных комплексных методологических семинаров, сложившаяся к 1955 и получившая широкое распространение в первой половине 60-х годов (см. например, 24 и 14). Уже к концу 1962 она была оформлена в виде ИМИ, которые стали осознаваться и анализироваться, с одной стороны, в качестве проблем рефлексии и в организационно-управленческих играх (см., например, 25. с. 61-68), а с другой стороны, в собственно методологическом аспекте в форме проблем организации коллективного полидисциплинарного, комплексного и системного мышления, и, соответственно этому, - как проблематика синтеза и соорганизации разных и разнородных, предметных и деятельностных знаний (см., например, 26-29; с. 106-190; 17). При этом собственно методологическая проблематика ММК постоянно формировалась как рефлексивное отражение практики методологических семинаров (см. 25, с. 61-68; 12, с. 106-121; 23, 24, 26).

Параллельно с этим - и это дало третью, очень важную компоненту ОДИ - на базе НИИ дошкольного воспитания АПН РСФСР с 1961 проводились общеметодологические, социокультурные и психолого-педагогические исследования игр детей (см. 34-37); именно это соединение теоретического и организационно-методологического анализа детских игр с практикой работы методологических семинаров привело в 1962 к появлению идеи ИМИ, оказавшей сильное влияние на все дальнейшее развитие концепций ММК.

К концу 60-х и в особенности к началу 70-х годов в рамках ММК сложилось уже совершенно отчетливое понимание того, что методология это не просто учение о средствах и методах нашего мышления и нашей деятельности, а совершенно особая форма организации всей мыследеятельности и жизнедеятельности людей, что методологию нельзя передавать как знание или набор инструментов от одного человека к другому, а можно лишь выращивать, включая людей в новую для них сферу методологической мыследеятельности и обеспечивая им там полную и целостную жизнедеятельность. В этой связи, естественно, встал вопрос о тех формах практической организации мыследеятельности, в которых коллективное методологическое мышление могло бы выращиваться не только в узких и эзотерических группах методологов, но и в значительно более широких по своему составу группах профессионалов и специалистов.

Эти размышления подкреплялись и стимулировались партийными и государственными установками на поиск эффективных форм организации межкультурных и междисциплинарных, комплексных и системных исследований и разработок, которые могли бы обеспечить решение важнейших народнохозяйственных проблем и задач. Чисто теоретический поиск этих форм продолжался примерно до 1976.

Весь этот долгий период с 1952 по 1976 можно считать первым, инкубационным периодом становления ОДИ.

Второй период - по сути своей был переходным - охватывает сравнительно короткое время: с конца 1976 по июль 1979. В работах, начатых нами совместно с Д. А. Аросьевым и В. И. Астаховым, была сделана попытка включить средства, методы и организационные формы, созданные в ходе ИМИ, в контекст и в систему учебных деловых игр (далее - УДИ), которые мы проводили с коллективами спортивных тренеров, работавших в центрах олимпийской подготовки, и в результате этого появились очень своеобразные гибридные игры, соединяющие в себе свойства ИМИ.

В этот период мы провели четыре многодневных игры такого типа и еще несколько игр меньшего масштаба, в которых отрабатывались различные фрагменты больших игр. Все проведенные игры детально анализировались на следовавших за ними многонедельных рефлексивных разборах и было подготовлено три больших отчета по играм для ЦСК ДСО профсоюзов (см., например, 38).

Этот опыт включен ИМИ в организационный контекст и идеологию УДИ можно считать четвертой важнейшей компонентой в становлении ОДИ. Главным результатом этого периода было то, что мы на практике увидели и поняли, что работу тренеров по подготовке высококвалифицированных спортсменов очень трудно, практически невозможно представить в каких-либо общезначимых нормах и моделях. В силу этого никто в этих условиях не может выступать в роли учителя, владеющего нормой, и, следовательно, определение путей и способов подготовки каждого отдельного спортсмена выступает всегда как экземплифицированная проблема, которую подобно многим народнохозяйственным или методологическим проблемам, можно и нужно решать как уникальную и неповторимую путем организации сложной конфликтной ситуации, выявления и фиксации множества проблем, с разных сторон отражающих эту конфликтную ситуацию, перевода их в пакеты традиционных и новых задач и последовательного решения этих задач в соответствии с параллельно создаваемыми планами работы.

На этом опыте мы поняли также, что тренеров высокого класса надо не обучать, а непрерывно развивать, и необходимая для этого организационная форма должна проходить скорее на форму ИМИ, нежели на форму ОДИ.

Таким образом, к весне 1979 года сложилась уже прямая и предельно конкретизированная установка на разработку новой формы игр, которая могла бы обеспечить разрешение уникальных народнохозяйственных и социокультурных проблем, достигала полного жизненного включения участников в процесс мыслительной работы, развивала их и, следовательно, была бы достаточно близка к организационным формам ИМИ, но вместе с тем придала бы им более эзотерическую и деятельно-практическую форму.

Поэтому с таким интересом мы приняли предложение руководства УФ ВНИИТЭ ГКНТ СССР, сделанное в июле 1979: провести игру по одной из тем, возложенных на филиал Института государственным планом НИР, например, по теме "Разработка ассортимента товаров народного потребления для Уральского региона".

По времени это предложение совпало с началом совместной разработки коллективами сотрудников НИИ общей и педагогической психологии АПН СССР и МОГИФК новой ему: "Анализ техники решения сложных проблем и задач в условиях неполной информации и коллективного действия", и мы тогда решили, что предложение УФ ВНИИТЭ как нельзя лучше подходило для того, чтобы спроектировать и практически проверить новую, комплексную и системную форму организации коллективной мыследеятельности, направленной на решение сложной народнохозяйственной проблемы, и по ходу этих проектных и программных разработок, а затем по ходу организации и осуществления всей коллективной работы провести параллельные исследования процессов решения проблем и задач в условиях неполной информации и коллективного действия, а вместе с тем и всей вообще коллективной мыследеятельности. Таким образом, в структуру ОДИ вошло в качестве непременного условия и компоненты само исследование рабочих и игровых, а также жизнедеятельных процессов групп и всего коллектива в целом. Дальнейший опыт показал, что подобные исследования являются одним из важных фактов коллективной мыследеятельности и они закрепились в качестве базовой компоненты, конструирующей саму форму ОДИ. Поэтому все связанное со специальным исследованием коллективной мыследеятельности можно считать еще одним, пятым в этом перечне, важнейшим фактором становления ОДИ.

По сути дела решение спроектировать новую форму организации для коллективной мыследеятельности, направленной на разрешение такой сложной проблемы, как "Разработка ассортимента товаров народного потребления", завершило период естественной предыстории становления ОДИ и ввело нас в ситуацию порождения ОДИ (с. 1), соединившую все естественно сложившиеся в долгой предыстории компоненты с целенаправленной технической установкой на искусственное создание новой формы мыследеятельности.

Ситуация становления ОДИ

Ситуация, в которой разрабатывались оргпроект и программа первой игры нового типа, была довольно необычной с точки зрения традиционных производственных и НИРовских установок и соединяла в себе ряд моментов, которые мы сейчас считаем необходимыми и обязательными условиями всякой ОДИ:

  1. Сам заказчик находится в весьма сложном положении: он не знал и не представлял себе, как выполнить задание, полученное от ГКНТ СССР и поэтому сам не мог сформулировать ТЗ на предстоящую работу, но вместе с тем имел совершенно твердые практические ожидания, что его выведут из тупика, в котором он оказался.
  2. Методологи имели четкое и ясное понимание того, что тупик, в котором оказался заказчик в связи с данным заданием, не случаен, а является совершенно закономерным и обусловлен тем, что не существует никаких профессиональных и дисциплинарных образцов того задания, которое он получил; иначе говоря, это задание квалифицировалось не как задача, а как проблема, и притом обязательно - как полипрофессиональная (ср. 30 - 33).
  3. Методологи уже знали и хорошо понимали, что задания такого рода - а они к этому времени стали типичными и массовыми, могут решаться только на пути разработки и создания новых форм организации коллективного мышления и деятельности, тех самых форм, которые в литературе получили название междисциплинарных, комплексных и системных (см., к примеру, 39).
  4. Группа методологов всем ходом своего предшествующего развития уже была приведена к установке создать такую игровую форму организации коллективного мышления и деятельности, реализующей основные идеи и принципы СМД-методологии, которая бы наглядно показала и доказала прикладную, практическую эффективность и значимость как самой формы игры, так и стоящей за ней СМД-методологии.
  5. Методологи хорошо понимали, что никто из участников предстоящей игры, в том числе и сами методологи, не имеют, во-первых, способов решения поставленного перед ними задания, а во-вторых, способов организации необходимого в этих условиях коллективного мыследействования; как второе, так и первое надо было искать в ходе самой коллективной работы, а значит всем участникам предстояло развивать существующие средства, методы и оргформы мыследеятельности и развиваться самим.

Именно с этим пониманием и с этими установками мы и приступили к разработке оргпроекта и программы первой игры нового типа. При этом само выражение "игра" при всех имевшихся в нашем распоряжении теоретических концепциях игр детей и взрослых, при всем огромном опыте проведения ИМИ и УДИ на первых порах употреблялось совершенно условно и несло в себе преимущественно негативный смысл: "игра" - значит не конференция, не совещание, не симпозиум и не работа в обычном смысле этого слова, а нечто совсем иное; что именно - это мы тогда плохо себе представляли.

А осмысливалось и обсуждалось проектируемое мероприятие прежде всего в терминах заданной темы и возможного мыследеятельного содержания, т. е. того рабочего процесса, которое мы должны были осуществить совместно с сотрудниками УФ ВНИИТЭ. Поскольку на основную часть игры отводилось всего 9 дней, мы с самого начала не могли рассчитывать на выполнение исходного задания ГКНТ СССР в целом - разработку ассортимента товаров народного потребления для Уральского региона, а решили сосредоточиться на первом, подготовительном этапе этой работы (имевшем для нас куда большее значение) - на программировании комплексных исследований и проектных разработок (далее - КИПР), обеспечивающих в дальнейшем создание ассортимента товаров народного потребления. Эти соображения с самого начала позволили нам спроектировать несколько рабочих групп, каждая из которых занималась своим особым ассортиментом, но все они делали одну и ту же работу в плане программирования КИПР.

Указанная сдвижка темы, в принципе, не влияла на характер проблемной ситуации: вторая тема была столь же проблематичной, как первая, ибо в мире к этому моменту не было профессионалов в области КИПР, ни сколь-нибудь технологизированных и закрепленных в методиках средств и методов подобной работы. Мы хорошо понимали, что если хотим разрешить путем коллективных усилий эту проблему, то должны по ходу дела, опираясь на все то, что имели участники игры, нащупать, найти, слепить, с одной стороны, средства, методы и технику программирующей мыследеятельности, а с другой стороны, знаковые формы для выражения и фиксации самой программы КИПР. Но, каким в принципе могло быть то и другое - этого мы не знали, ибо все существующие и известные нам формы явно не подходили к данному случаю. Таким образом, даже и формулировки целевого задания для самих себя были явно парадоксальными, в каком-то смысле и просто неприемлимыми (хотя сейчас мы уже хорошо понимаем, что это - необходимая и, может быть, даже, единственно возможная форма фиксации целей и проблемной ситуации): "Иди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что".

Разработчикам оргпроекта и программы игры было ясно, что средства, методы, техника и знаковые формы программирующей мыследеятельности могут быть получены только из того, что уже имели реальные участники игры, в первую очередь - из средств, методологической, оргуправленческой мыследеятельностей, но опять-таки не путем простого их суммирования и механических композиций, а лишь путем переплава и развития всего этого в условиях коллективной полипрофессиональной и особым образом организованной мыследеятельности. Значит, основная рабочая цель и задача состояли в том, чтобы найти такие формы организации коллективной мыследеятельности, которые заставили бы всех участников, во-первых, работать совместно, - а это можно было сделать только на путях комплексирования и систематизации профессиональной работы, - а во-вторых, в ходе этой совместной работы переплавлять и развивать свои собственные средства, методы, техники и знаковые формы мышления так, чтобы в результате появились новые средства, методы и техники программирования.

Совершенно ясно, что на этом первом этапе оргпроектирования и программирования предстоящего мероприятия все наши целевые установки были чисто ситуационными и не несли в себе идеи создания новой социокультурной формы игры. Конечно, разработчики оргпроекта и программы решали свои далеко идущие цели и задачи; создать формы прикладной СМД - методологии и показать их практическую эффективность - об этом было сказано выше, - и поэтому все обсуждения на первом подготовительном этапе шли в достаточно обобщенных формулировках, но цели работы все равно оставались сугубо практическими и ситуационными: нужно было создать формы организации для людей: которые бы по мере своего развертывания по ходу дела привели их к формированию новой программирующей мыследеятельности. И это надо было сделать для данных конкретных условий и для данного достаточно хорошо известного коллектива людей. На большее разработчики новой формы организации тогда не подряжались. Поэтому они не знали и не могли знать, что именно они создадут: будет ли эта оргформа коллективной мыследеятельности формой на один раз, совершенно уникальным и единственным творением, или же она приобретет общее значение и станет некоторой общей культурной формой, достаточно эффективной во всех случаях, когда надо организовать коллективную мыследеятельность, направленную на разрешение сложных народнохозяйственных проблем. Этого разработчики оргпроекта и программы первой игры нового типа не знали и не обсуждали. Более того, если эти вопросы вдруг возникали по ходу дискуссий на подготовительном этапе, то их беспощадно отсекали как преждевременные и вообще не относящиеся к существу дела.

Точно также отсекались все рефлексивные метавопросы: почему мы называем проектируемую форму коллективной мыследеятельности "игрой", и в какой мере она действительно "игра", а в какой мере "не игра", и как в том, что мы проектируем, связаны рабочие и игровые процессы и способы действования, и будет ли "играть" тот, кто будет лишь работать или бороться в рамках "игры" и в принципе не примет игровой формы и не будет осуществлять игровых действий и т. д. и т. п. Все эти вопросы, конечно, возникали и становились в процессе подготовки первой игры, но они, повторяем, отсекались как незначимые и несущественные на этом этапе работы и все переносились на будущее, т. е. на рефлексивное обсуждение всего этого мероприятия после того, как оно пройдет и покажет, что оно собой представляет на деле.

В этом, конечно, заключалась слабость этой части нашей работы: мы действовали без многих необходимых понятий, но мы делали то, что могли.

Основной этап первой игры проходил с 18 по 26 августа 1979 года на базе УФ ВНИИТИЭ в г. Новоуткинске и буквально поразил всех участников своими результатами. Хотя работа была очень напряженной и, сравнительно с другими формами организации работ, прямо-таки стремительной, мы конечно не могли выполнить всего того, что намечали (программа сознательно строилась с ориентацией на практически невыполнимые объемы работы, и мы дальше сделали это обязательным принципом оргпроектирования и программирования ОДИ, учитывая, что главная их цель и назначение - это развитие мыследеятельностии самих участников). Но то, что практически было сделано за 9 дней работы, намного превосходило любые, даже самые смелые ожидания участников: были разработаны знаковые формы фиксации программ КИПР, определено их содержание, разработаны новые средства, методы и техники программирующей мыследеятельности, в том числе новые средства и методы пространственной организации коллективной мыследеятельности, созданы и отработаны новые средства распредмечивания, сильно продвинуты вперед теоретические представления СМД-методологии и т. д. Но самое главное состояло даже не в этом, а в том, что на конкретном примере практической организации коллективной мыследеятельности было показано, что можно создавать такие формы организации совместной работы и межпрофессионального и междисциплинарного мышления, которые с необходимостью приводят к сплавлению и развитию исходных форм мышления и деятельности, к порождению новых знаковых форм, средств, методов и техник взаимопонимания и мышления и, при этом, вынуждают развиваться если не всех, то во всяком случае многих участников коллективной работы.

Последний день игры проходил на высоком эмоциональном подъеме, участники - проектировщики, исследователи, методологи - были буквально в эйфории, никто, несмотря на огромное напряжение и многочисленные стрессовые ситуации и даже психодрамы в ходе игры, не хотел прекращать общей работы. Успех выбранной формы организации коллективной мыследеятельности был неоспорим. И поэтому участники игры приняли решение распространить ее на другие случаи и ситуации, а это означало, что они, во-первых, затвердили в качестве образца, на основе которого будут строиться другие мероприятия подобного рода, а во-вторых, по сути дела подрядились теперь ответить на вопросы, что же происходило и произошло в этой "игре", рассмотреть все происходящее как новый тип игры и соответственно этому перестроить и развить само понятие игры, разработать методологию и теорию организации игр этого типа, а также описать на теоретическом и техническом уровне все процессы коллективной мыследеятельности и жизнедеятельности, развертывающиеся в их рамках.

На этом по сути дела закончилась предыстория ОДИ, процесс становления ее как новой формы организации коллективной мыследеятельности, и начались совсем иные процессы, процессы развития, образующие уже собственно историю ОДИ.

Практика ОДИ.

За время с августа 1979 по октябрь 1982 коллектив методологов, объединивших вокруг Комиссии по психологии мышления и логике Всесоюзного общества психологов, и коллективы сотрудников НИИ общей и педагогической психологии АПН СССР и МОГИКФК, проводящие исследования по теме "Анализ техники решения сложных проблем и задач в условиях неполной информации и коллективного действия", провели под нашим руководством 19 больших ОДИ:

  1. Программирование КИПР, обеспечивающих создание ассортимента товаров народного потребления: подготовительный этап - с 23.07.79 по 17.08.79 (10 раб. заседаний), основной этап - с 18.08. 79 по 26.08.79 (9 раб. дней), г. Новоуткинск, базовое учреждение УФ ВНИИТЭ ГКНТ СССР, общее число участников - 56 человек, прошли всю игру - 33 чел., организаторов 12 чел.

  2. Формирование коллектива и разработка программ для комплексных междисциплинарных и многопредметных методологически организованных исследований ОДИ: - подготовительный этап - с 18.09.79 по 14.05.81 (78 раб. заседаний), Москва, НИИОПП АПН СССР, общее число участников - 64 чел., прошли всю игру - 22 чел., организаторов - 3 чел.

  3. Дизайн-проектирование и дизайн-программирование систем - сравнительный СМД-анализ: подготов. этап - с 23.07.80 по 15.08.80) (7 раб. заседаний), основной этап - с 16.08.80 по 23.08.80 (8 раб. заседаний), г. Новоуткинск, УФ ВНИИТЭ ГКНТ СССР, общее число участников - 44 чел., прошли всю игру - 38 чел., организаторов - 11 чел.

  4. Выявление средств, методов и техники изобразительной деятельности: подготов. этап - с 1.11.80 по 24.11.80 (6 раб. заседаний), основной этап - с 25.11.80 по 27.11. 80 (3 раб. дня), г. Рига, Латвийский совет ВОИР, общее число участников - 180 чел., прошли всю игру - 87 чел., организаторов 14 чел.

  5. Формирование оргструктуры и программы работ Института комплексных прикладных исследований организации, руководства и управления работающего в системе научно-производственного объединения: подготовительный этап - с 27.01.81 по 8.02.81 (4 раб. заседания), основной этап - с 9.02.81 по 13.02.81 (5 раб. дней), Москва, НИИОПП АПН СССР, общее число участников - 110 чел., прошли всю игру - 83 чел., организаторов - 12 чел. (см. 40, 41, с.).

  6. Основания, механизмы и процессы понимания сложного научного текста в междисциплинарной группе: подготовительный этап - 31.01.81 по 16.02.81 (3 раб. заседания), основной этап - с 17.02.81 по 28.02.81 (4 раб. заседания) Москва НИИОПП АПН СССР, общее число участников - 14 человек., прошли всю игру - 14 чел., организаторов - 3 чел.

  7. Обеспечение нормального функционирования и развития технологий и деятельности на АЭС: подготовительный этап - с 21.03. 81 по 29.03.81 (8 раб. заседаний), основной этап - с 30.03.81 по 4.04.81 (6 раб. дней), пос. Заречный, БАЭС Минэнерго, общее число участников - 47 чел., прошли всю игру - 43 чел., организаторов - 11 чел.

  8. Формирование игрового коллектива для большой игры "Город": подготовительный этап - с 23.04.81 (1 раб. день), основной этап - 24.04.81 (1 раб. день), г. Одесса, ЮНЦ АН УССР, общее количество участников - 29 чел., прошли всю игру - 29 чел., организаторов - 2 чел.

  9. Вступление в должность начальника Управления строительством АЭС: подготов. этап - с 24.07.80 по 24 05.81 (50 раб. заседаний), основной этап - с 25.05.81 по 17.06.81 (10 раб. заседаний), Москва, ВИПКэнерго, общее число участников - 24 чел. прошли всю игру - 22 чел., организаторов - 5 чел.

  10. Программирование социального развития коллектива строительства АЭС: подготов. этап - с 24.12.80 по 20. 04.81 (6 раб. заседаний) основной этап - с 17.06.81 (4 раб. заседания), Москва, ВИПКэнерго, общее число участников - 22, прошли всю игру - 22 чел., организаторов - 5 чел.

  11. Вывод из эксплуатации и определение перспектив дальнейшего использования энергоблока АЭС: подгот. этап - с 29.05. 81 по 1.08.81 (8 раб. заседаний), основной этап - со 2.08.81 по 22.08.81 (21 раб. день), пос. Заречный, БАЭС Минэнерго, общее число участников - 68 чел., прошли всю игру - 53 чел., организаторов - 11 чел.

  12. Учебно-воспитательный процесс в вузе: подготов. этап - с 23.05.81 по 18.11.81 (11 раб. заседаний), основной этап - с 19.11. 81 по 30.12. 81 (12 раб. дней), г. Харьков, ХИИКС Минвуз УССР, общее число участников - 192 чел., провели всю игру - 134 чел., организаторов - 16 чел. (см. 42).

  13. Учебно-воспитательная работа в ВУЗе: подготовительный этап - с 5.10.81 (3 раб. заседания), основной этап - с 12.10.81 по 2.10 81 (4 раб. заседания), Москва, МФТИ Минвуз РСФСР, общее число участников - 131 чел., прошли всю игру - 37 чел., организаторов - 2 чел.

  14. ОДИ по теме "Коммуникация и взаимопонимание в качестве предмета комплексных исследований", проведенная в форме ДИ: подготов. этап - с 21.03.82 по 6.04.82 (2 орг. обсуждения), основной этап - с 7.04.82 по 8.04. 82 (2 раб. заседания), Москва, НИИОПП АПН СССР, общее число участников - 96 чел., прошли всю игру - 52 чел. организаторов - 4 чел.

  15. Город. 1-й этап: принципиальные задания на разработку программ развития, моделей и генплана города: подготов. этап - с 23.04.81 по 15.04.82 (17 раб. заседаний), основной этап - с 16. 04.82 по 23.04. 82 (8 раб. дней), г. Одесса, Горисполком ЮНЦ АН УССР, общее число участников - 218 чел., прошли всю игру - 97 организаторов - 7 человек.

  16. Процессы проблематизации в ОДИ: подготов. этап - с 6.04.82 по 4.07.82 (7 раб. заседаний). основной этап - с 5 .07.82 по 9.07.82 (5 раб. дней) Москва, НИИ ОПП АПН СССР, общее число участников - 138 человек., прошли всю игру - 58 чел., организаторов - 8 чел.

  17. Программирование и оргпроектирование в различных сферах МД: подготов. этап - с 21.07.82 по 9.08.82 (11 раб. заседаний), основной этап - с 9.08.82 по 14.08.82 (5,5 раб. дней), Ново-Уткинск, УФ ВНИИТЭ, общее число участников - 26 человек., прошли всю игру - 25 чел., организаторов - 4 чел.

  18. Совершенствование форм организации ремонтно-строительной службы на АЭС: подготов. этап - с 15.08.82 по 16.08.82 (2 раб. заседания), основной этап - с 16.08.82 по 18.08 (3 раб. дня), пос. Заречный, БАЭС, Минэнерго, общее число участников - 40 человек., прошли всю игру - 40 чел., организаторов - 4 чел.

  19. Цели и процессы целеобразования в коллективной МД: разработка целевой части программы ИР по теме: подготов. этап - с 26.08.82 по 29.08.82 (2 раб. заседания), основной этап - с 30.08.82 по 3.08.82 (5 раб. дней), Москва, НИИ ОПП АПН СССР, общее число участников - 87 чел., прошли всю игру - 58 чел., организаторов - 5 чел.

  20. Пути и методы совершенствования производственной практики студентов вуза. 1-й этап "Формы организации практической подготовки студентов в вузе 2000 года". Основной этап - с 23.01.83 по 1.02.83. Москва, МИНХ и ГП им. И. М. Губкина, общее число участников - ?? чел., организаторов ?? чел.

Кроме этих, перечисленных выше, "больших" игр на основе сложившихся образцов был проведен еще ряд игр несколько меньшего масштаба: в Харькове на базе ХИИКС - Ю. Л. Воробъевым и его сотрудниками, в Горьком на базе ГИСИ - К. Я. Вазиной, в Киеве на базе КиевНИИТИ - В. Л. Авксентьевым и А. П. Зинченко, в Москве на базе Мосгороно - С. Д. Неверковичем и А. А. Тюковым. Поэтому можно считать, что к настоящему времени накоплен уже перый практический и достаточно объективный опыт организации и проведения ОДИ и пришло время для аналитического и критического обсуждения его в различных планах - организационном, педагогическом, проектном, исследовательском и др. Ясно, что круг вопросов, который здесь надо обсуждать, неимоверно широк и его нельзя схватить не только в одной статье, но и во многих монографиях. Ясно также, что такое обсуждение потребует весьма длительного времени. Поэтому в этой статье всего лишь несколько моментов из числа тех, которые представляются нам наиболее важными для понимания общего смысла ОДИ.

Этапы развития ОДИ.

Подобно всем другим вилам мыследеятельности ОДИ в своем развертывании проходит три этапа.

1) Этап подготовки на котором разрабатываются основной замысел и концепция игры, формулируются рабочие цели, которые должны быть достигнуты с помощью игры (здесь игра выступает как средство достижения этих целей и именно в этой своей функции рассматривается и проектируется), разрабатываются оргпроекты, программы и планы игры, возможно также - сценарии самых существенных ее моментов и другие оргдокументы, по времени этот этап может занимать от нескольких дней до нескольких месяцев или даже лет (см. перечень проведенных ОДИ). На этом же этапе в ходе обсуждений различных аспектов игры формируются команды организаторов, методологов и исследователей игры; число этих команд меняется в зависимости от тематического и мыследеятельностного содержания игры и различных обстоятельств и условий проведения ее.

2) Основной этап на котором в игровой форме (заданной оргпроектом и программой игры (осуществляются предварительно спроектированные и спрограммированные рабочие процессы, производящие и порождающие продукты и результаты, соответствующие целям различных участников игры - заказчиков, организаторов, методологов, исследователей и всех без исключения игроков (если они прикладывают усилия для их достижения). Этот этап, как правило, уже при проектной разработке членится на ряд фаз, из которых имеет свое особое функциональное значение.

На первой фазе в форме установочных докладов всем участникам игры излагается замысел, основная концепция и важнейшие рабочие цели проводимой игры, а затем - ее оргпроект, программа и регламент. Во многих случаях, особенно при массовых ОДИ с неотработанным предварительно контингентом, в установочных докладах обсуждаются понятие ОДИ и различные психологические трудности, возникающие у людей, впервые принимающих участие в игре.

На второй фазе начинается практическое вхождение участников в игру, проработка и освоение рабочих и игровых целей, организация, соорганизация и самоопределение игровых групп. Основным процессом здесь является самоопределение участников, и от того, насколько эффективно оно происходит, зависят дальнейшие успехи каждого игрока и всей игры в целом. На процесс самоопределения отводится от одного до трех дней, но в принципе он проходит через всю игру (и если основной функцией ОДИ становится развитие участников, то сама она проектируется и организуется так, чтобы процесс самоопределения тянулся до конца игры). Так как процессы вхождения в игру и самоопределения в ней не могут происходить вне основных рабочих процессов, фазы вхождения в рабочие фазы игры практически перекрывают друг друга. Во многих случаях третья фаза игры, открывающая ряд рабочих фаз, начиналась уже с вечера первого дня игры, иногда - с утра второго дня, хотя в некоторых из названных в перечне ОДИ мы вынуждены были начинать реальные рабочие процессы лишь с третьего и даже четвертого дня игры, а первые дни после установочного доклада заполнять специально спланированными имитациями рабочих процесов, используемыми в качестве фона для самоорганизации груцпп и самоопределения участников.

Число рабочих фаз и их характер меняются от игры к игре в зависимости от сложности тематизмов игры, артикулированности целей и представлений о промежуточных продуктах и результатах рабочих процессов, а также в зависимости от общей длительности самой игры. В особенно длительных играх мы вводили специально "буферные" и резервные фазы, например, в виде дня свободных дискуссий, дня консультаций или даже так называемого дня отдыха (который всегда заполнялся достаточно напряженной работой). Во всех ОДИ обязательно проектировалось и вводилось время для активной разрядки и активного отдыха.

3) Этап выхода из игры и обобщения опыта имеет, как видно из его названия, двойное назначение и соответственно этому развертывается как бы по двум параллельным каналам. Это - очень важная и принципиальная часть всей ОДИ, которая обязательно должна проектироваться организаторами. Практически этот этап не имеет конечной границы и у разных участников завершается в разное время и по-разному и в зависимости от обстоятельств их жизни и работы; тот или иной результат игры обязательно входит во всю последующую жизнь и работу участников.

Для методологов и организаторов игры третий этап - это всегда этап целенаправленного и сознательного рефлексивного и мыслительного анализа опыта проведенной игры и фиксации этого опыта в тех или иных культурно-значимых формах - нормативных, проектных, методических, научно-исследовательских и т. п.; вид и тип избираемых форм фиксации опыта определяется либо принадлежностью аналитиков к той или иной сфере мыследеятельности (см. 41 с.), либо же их проспективными установками на выполнение той или иной рабочей функции в следующих ОДИ.

Во всех случаях, выход из игры как для методологов и организаторов, так и для любых других участников является крайне трудным в человеческом отношении процессом и поэтому должен тщательно исследоваться.

Организационная структура ОДИ.

Подобно многим другим видам мыследеятельности ОДИ представляет собой сложную полисистему, основной каркас которой задается организационно-технической структурой мыследеятельности (см. рис. 1). Перенося характеристики структуры полисистемы на саму эту полисистему, мы говорим обычно об организационно-технических системах мыследеятельности (далее - ОТС) и различных их вариантах - социотехнических системах (СТС), культуротехнических системах (КТС) и т. д. (см. 12, с. 106-115; 17, с. 9-71; 44; 43; 32; 18; 45).

ОТС, как и все ее варианты, это всегда по меньшей мере двойственная система мыследеятельности, в которой одна система - верхняя на рис. 1 - во-первых, рефлексивно отражает другую систему - нижнюю на рис. 1 - а во-вторых, действует в отношении этой другой системы - преобразует ее, нормирует, управляет ее функционированием и т. д. ОТС всегда изображается в виде "матрешечных" схем, в которых одна система мыследеятельности "захватывает" и "поглощает" другую систему (см. 13; 14, 19; 43). Отношение захвата и поглощения одних систем другими осуществляется прежде всего за счет отношений рефлексивного отображения и мыслительного описания одними системами других, за счет рефлексивной разработки проектов организации других систем и программ их функционирования и развития, определяющих ведущие за этим целевые практические воздействия первых систем на вторые (см. 12, с. 106-115; 19).

В отличие от многих других ОТС всякая ОДИ строится как множественная ОТС, соединяющая в своей структуре несколько разных организационно-технических (ОТ) отношений и связей: во-первых, ОДИ всегда имеет несколько конкурирующих между собой "фокусов" организации, руководства и управления (см. рис. 2), а во-вторых, она предлагает еще ОТ-отношения мыслительной имитации одних систем другими (хотя это отношение реализуется отнюдь не всеми позиционерами и не всеми системами мыследеятельности, включенными в ОДИ).

В принципе, ОТ-структура ОДИ может строиться из сколь угодно большого числа ОТ-отношений и связей между различными мыследеятельностями и собирать их самыми причудливыми способами (поэтому каждая ОДИ предполагает свой особый оргпроект, фиксирующий ее неповторимую ОТ-структуру), но очень скоро эти композиции ОТ-отношений и связей между разными мыследеятельностями выходят за пределы приемлемой для нас сейчас сложности и поэтому все ОДИ, которые мы приводили до сих пор, строились на одной-двух, максимум трех оргуправленческих системах, двух-трех методологических системах и одной-двух исследовательских системах; в ряде случаев некоторые из методологических и исследовательских систем одновременно выполняли и оргуправленческие функции или же включались в состав оргуправленческих служб. Соответственно этому между фокусными рефлектирующими системами устанавливались либо отношения полной автономности и независимости с правом конкурировать и бороться в процессе игры, либо же наоборот, отношения полной или частичной зависимости и подчинения.

За счет этого группы исследователей могли разделяться на: а) группы включенного технического исследования, обеспечивающего организацию игры и управление ходом ее, и б) группы независимого естественнонаучного исследования (см. 41, с).

В играх с достаточно большим числом участников (таких, как 11-я, 12-я, 15-я) еще специально выделялись две "фокусные" организационно-методологические группы: а) группа организации взаимодействий и б) группа организации содержательных конфликтов и процесса проблематизации. Первая из этих групп должна была вызывать и поддерживать эффективные игровые и рабочие взаимодействия между группами и отдельными участниками игры, осуществлять переводы и перемещения игроков из группы в группу, оказывать поддержку слабым группам или наоборот, противодействовать сильным группам, стремящимся захватить или подчинить себе другие группы. Вторая из названных групп должна обеспечивать один из основных для всякой ОДИ процессов - конфликт между разными профессиональными и предметно-дисциплинарными позициями, имитируемый игровыми столкновениями групп и отдельных участников, перевод этого конфликта в чисто содержательную и, в этом плане, необходимую форму, осознание конфликтной ситуации как проблемной и отображение проблемной ситуации в ряды проблем, соответствующие планам и линиям их разрешения в идеальной действительности мышления (см. 30-33).

Основные принципы организации и проведения ОДИ.

В отличие от многих других систем мыследеятельности всякая ОДИ является принципиально многоцелевой системой. Это видно уже из простейшей схемы ее оргструктуры, представленной на рис. 2. Но не только службы ОДИ, приведенные на этой схеме, но и каждый отдельный участник ее может иметь свои особые цели и использовать игру для достижения их. И чем большим будет разнообразие этих целей, чем сильнее конфликты между ними - тем богаче и эффективнее будет сама игра, тем больше продуктивных результатов она даст. Перефразируя известные слова К. Маркса об основном законе общественной жизни в Новое время, можно сказать, что основной закон и принцип ОДИ - это хаос, организованный в этом своем основном качестве для получения заранее намеченных продуктов.

Это представление об ОДИ как о многоцелевой и по материалу своему хаотической системе определяет и задает основные принципы проектирования, программирования и реальной организации их. На всех этапах подготовки и проведения ОДИ рассматривается как: 1) самодеятельная, 2) самоорганизующая и 3) саморазвивающаяся система.

И каждая их этих характеристик используется как принцип организационной работы. Соответственно этому основной этап предстает как разворачивающийся по трем основным фазам.

В первой фазе основная часть работы организаторов и руководителей ОДИ направлена на то, чтобы вызвать активную самодеятельность всех участников игры. В условиях коллективной работы это неизбежно приводит вскоре к столкновениям идей, мнений, позиций участников, затем - к конкуренции и борьбе за пространство - время, в конце концов - к тупику в работе.

Когда конфликты представлений и походов проявляются достаточно резко и впереди начинает вырисовываться тупик, к которому идут группы и коллектив в целом, тогда руководители ОДИ начинают готовить переход ко в т о р о й фазе игры - фазе самоорганизации.

При этом они решают две параллельные и взаимно дополняющие друг друга задачи: во-первых, они должны соорганизовать внутригрупповые и межгрупповые взаимодействия и за счет этого сформировать единый коммуницирующий и обращающийся коллектив, а во-вторых, они должны сложить из всех групп и всех участников одну мыследеятельную мегамашину, осуществляющую рабочие процессы, заданные оргпроектом и программу игры.

Практически во всех ОДИ исходными рабочими процессами, без которых не может быть и самой ОДИ, являются процессы целеобразования и проблематизации. И начать эти процессы участники игры могут, как правило, без предварительной перестройки и развития самих себя и своей мыследеятельности. Поэтому в принципе при достаточно развитой технике организационной работы и некотором минимальном уровне подготовки всех остальных участников игры руководителям ОДИ удается вызвать самоорганизацию: мыслительная мегамашина в своих первых и самых простых формах складывается и начинает функционировать.

Но, опять-таки, поскольку ОДИ организуется для решения проблем (а не задач), возникающая таким образом мегамашина не может дать решения поставленных перед ней заданий и получить необходимый продукт. Организаторы ОДИ знают это заранее, уже тогда, когда они выбирают проблему и формируют коллектив. Но все остальные игроки не знают этого (и не могут этого призанать, сколько бы им ни говорили об этом вначале), они под разными предлогами отводят указание на то, что им придется перестраиваться и развиваться, если они хотят решить поставленную перед ними проблему, не принимают его всерьез и не создают у себя соответствующей установки. Они могут прийти к пониманию этого тезиса и к осознанию его серьезности только в ходе общей работы и в первую очередь - через многие неудачи и специально ориентированное критическое осознание их.

Поэтому главная задача для организаторов ОДИ на этой фазе работы - это по ходу дела привести коллектив к такой точке, когда всем, или во всяком случае, многим станет ясно, что имеющиеся в их распоряжении средства и методы мышления и мыследеятельности, а также те формы организации и соорганизации мышления и деятельности, которые они реализовывали, не дают им возможности довести дело до конца, перевести и проблемную ситуацию, в которой они оказались, в культурно значимые проблемы и, тем более, разложить каждую из этих проблем в совокупность задач (стр. 30) и таким образом разрешить ее.

Этот момент должен быть осознан участниками не как обстоятельство их групповой или личной некомпетентности и не как обстоятельство их профессионального несоответствия сложившейся ситуации, а как отражение объективного положения дел, существующего во всем мире. Микроситуация, сложившаяся в игре, должна быть понята объективно - как проявление общей социокультурной ситуации.

И тогда, если участники ОДИ все ж таки будут хотеть дойти до конца и разрешить проблему, им останется только один путь - начать развивать свою мегамашину, свои формы организации коллективной работы, свои средства, методы и техники мыследеятельности, а через это - и самих себя. В этом пункте начинает реализовываться третий принцип ОДИ - принцип саморазвития, и вместе с тем начинается т р е т ь я фаза основного этапа игры. И все усилия организаторов и руководителей игры ОДИ с этого момента направляются на то, чтобы помочь всем участникам игры развиваться. Развиваться - по меньшей мер до того момента, пока не будет разрешена данная проблемная ситуация, но, в принципе, стратегия развития себя и своей мыследеятельности может быть закреплена участниками игры как общий метод решения любых и всяких проблем - и в этом, в конечном счете, состоит о с н о в н о й смысл и значение ОДИ.

Рефлексия - важнейший конститутивный момент всякой мыследеятельности. Но если в профессиональной и предметной работе она определяет условия и границы приложения профессиональных знаний, умений и навыков, то в коллективной поисковой работе или при разработке средств и т. п. - она констатирует саму возможность мыследеятельности и ее строительство.

Поэтому, ориентируясь на отдельного участника игры, мы можем сказать, что именно рефлексия является основным и непременным средством, во-первых, самоопределения всякого участника игры в непрерывно меняющихся ситуациях коллективной мыследеятельности, во-вторых, его самоорганизация в игре, и в-третьих, - перестройка развития им своей мыследеятельности.

Но точно также и каждой игровой группе необходима специальная групповая рефлексия, чтобы группа могла разобрать и проанализировать свои действия за день, определить успешность их сравнительно с действиями других групп и по отношению к общему ходу работы, а затем наметить программу и план своих действий на следующих тактах и фазах игры. Таким образом для каждой группы рефлексия и рефлексивные занятия являются средством организационной и методологической перестройки.

Культурно-исторический смысл ОДИ.

Что же нам дают ОДИ? Что мы получаем и что можем получить с их помощью? Эти и подобные вопросы мы постоянно слышим от сторонних наблюдателей. Но когда мы отвечаем, что ОДИ есть прежде всего новая культурно-историческая форма организации коллективной мыследеятельности, обеспечивающая развитие самой этой мыследеятельности, и именно с этой точки зрения, т. е. имманентно, они и должны рассматриваться, спрашивающие, как правило, бывают неудовлетворены: им кажется, что организаторы ОДИ либо не могут ответить на их вопрос, либо по каким-то причинам уклоняются от ответа.

И мы их понимаем. Не только обыватели, но и все исторически и актуально мыслящие и рассуждающие деятели привыкли определять значимость всего окружающего только в категориях практических, непосредственно потребляемых ими продуктов, и средств, обеспечивающих их получение. В их словаре нет таких ценностей и целевых категорий, как свобода, духовность, ответственность, организованность, сила и т. п. И поэтому работа, направленная на достижение силы, свободы, духовности или организованности кажется им эфемерной и никчемной.

И подобные вопросы - что нам дает? - задают обыватели по поводу всего. Они спрашивают: что дает нам футбол или хоккей? И не могут успокоиться, когда им отвечают, что это - современные формы массовой культуры. Они думают, что мы не можем ответить на их вопросы и поэтому просто уклоняемся. И отчасти они правы: мы действительно отвечаем не на их вопросы.

Сейчас считается уже неприличным спрашивать, что дают нам музыка, живопись и литература: такого рода вопросы квалифицируются как некультурные. Но вопросы о том, что дает нам футбол и что дает нам ОДИ, по природе своей ничем от них не отличающиеся, мы пока не можем квалифицировать как некультурные, поскольку футболу пока лишь немногим более ста лет, а ОДИ и вообще всего три года.

И поэтому единственное, что мы можем сделать, это снова сказать, что ОДИ, на наш взгляд, это - новая культурно-историческая форма организации коллективной мыследеятельности, или, раскрывая это более детально, - новая культурно-историческая форма организации коммуникации, понимания, рефлексии и чистого мышления людей в условиях целенаправленного коллективного мыследействования.

Все сказанное, конечно, не исключает возможности рассматривать ОДИ в качестве орудия или машины, предназначенных для производства определенных продуктов, или в качестве средства достижения определенных практически значимых целей. ОДИ должны рассматриваться нами не только как имманентно существующие в культуре, но и как получившие определенные функции и назначение. Какие именно - это зависит от типа и характера тех систем мыследеятельности, которые "захватывают" ОДИ и стремятся использовать их в своих целях, и, вместе с тем, от тех способов предметного представления ОДИ, которые применяют различные обслуживающие их исследовательские и нормирующие системы.

Если внешняя система - пользователь ОДИ - будет, к примеру, производственной, то ОДИ получит производственно-практическое назначение и может выступить в качестве средства и метода разрешения производственных проблем и задач. Если же эта внешняя система - пользователь будет педагогической, то ОДИ может выступить в качестве средства и метода обучения и воспитания детей в школе или в качестве средства и метода подготовки и переподготовки инженерных и руководящих кадров в системе ИПК и ФПК.

В рамках инновационной службы ОДИ может использоваться в качестве средства и метода внедрения разнообразных мыследеятельностных и организационных новшеств, а в службе развития - в качестве средства, метода и организационной формы развития различных структур и техник мыследеятельности (включая сюда техники, средства и методы чистого мышления; коммуникации, понимания, рефлексии и мыследействования). При этом внутри сферы культуротехники ОДИ будут использоваться для получения новых примеров, стандартов и норм, а также для развития интегрирующих их систем культуры, внутри сферы социотехники - для формирования консолидированных групп и коллективов внутри сферы антропотехники - для формирования и развития людей, внутри оргуправленческой сферы НИР - для создания новых проектов, новых программ исследований, для постановки и разрешения научных проблем и задач.

И в этом нет ничего удивительного, ибо ОДИ, как уже отмечалось, есть особая форма организации коллективной мыследеятельности любого характера и любой сложности, следовательно - возможная форма организации всякой системы мыследеятельности, а значит, вместе с тем, - системы мыследеятельности любого назначения. Иначе говоря, ОДИ - это такая форма организации коллективной мыследеятельности, в которой может быть воплощено (представлено, отражено, выражено, оформлено) любое мыследеятельностное содержание. При этом, конечно, оно оформляется в виде игры, становится лишь проигрываемым содержанием и в силу этого теряет в своей определенности и структурной жесткости, становится слабо нормированным, пластичным и лабильным. Но это как раз и есть то, ради чего мы обращаемся к самой игре как к особому типу и особой форме организации мыследеятельности. За счет своей структурной неопределенности, условности и вариантности игра и связанный с нею игровой подход позволяют участникам коллективной мыследеятельности принимать любые, в том числе и невыполнимые с их индивидуальной точки зрения, бессмысленные для них задания и начинать исполнять их в игровом, а потому и достаточно безответственном, на их взгляд, допускающем любые отклонения и ошибки, плане. И таким образом, порождается ситуация, необходимая для свободного поиска, для изменения, совершенствования и развития наличных оргформ, средств, методов и техник мыследеятельности.

Именно в этом и состоит культурно-исторический смысл и культурно историческое название ОДИ и других, родственных ей видов игры.

Литература.

  1. Щедровицкий Г. П. Методологические замечания к проблеме происхождения языка. - НДВШ. Филологические науки, 1968, N 2&
  2. Щедровицкий Г. П. и Алексеев Н. Г. О возможных путях исследования мышления как деятельности. - Доклады АПН РСФСР, 1967 N 3.
  3. Щедровицкий Г. П. Проблемы построения системной теории сложного "популятивного" объекта. В кн. : Системные исследования. Ежегодник 75. М., Наука, 1976.
  4. Щедровицкий Г. П. Проблемы исторического развития мышления. В кн.: Генетические и социальные проблемы интеллектуальной деятельности. Алма-Ата, 1975.
  5. Щедровицкий Г. П., Алексеев Н. Г., Костеловский В. А. Принцип параллелизма формы и содержания мышления и его значение для традиционных логических и психологических исследований. Сообщения 1-IY. Доклады АПН РСФСР, 1960, N 2 и 4, 1961, NN 4 и 5, а также "Известия института философии Болгарской академии наук, том XII, 1966 5 N 2, 1967 и XII, 1968.
  6. Щедровицкий Г. П. О различии исходных понятий "формальной" и "содержательной" логик. В кн.: "Проблемы методологии и логики наук. Томск, Известия ТГУ, том 40, 162.
  7. Розин В. М. Семиотический анализ знакомых средств метематики . В кн.: Семиотика и восточные языки. М., Наука, 1967.
  8. Щедровицкий Г. П. Исследование мышления детей на материале решений арифметических задач. В кн.: Развитие познавательных и волевых процессов у дошкольника М., Просвещение, 1965.
  9. Щедровицкий Г. П. и Розин В. М. Концепция лингвистической относительности Б. Л. Уорфа и проблемы исследования "языкового мышления". В кн.: семиотика и восточные языки. М., Наука, 1967.
  10. Щедровицкий Г. П. Об исходных принципах анализа проблемы обучения и развития в рамках теории деятельности. В кн.: Обучение и развитие. Материалы к симпозиуму. М. Просвещение, 1966.
  11. Щедровицкий Г. П. О методике социатехнического исследования знаковых систем. В кн.: Семиотика и восточные языки. М., Наука, 1967.
  12. Проблемы исследования структуры науки. Новосибирск, Изд. НГУ, 1967.
  13. Щедровицкий Г. П. Методологический смысл проблемы лингвистических универсалий. В кн.: Языковые универсал и лингвистическая типология. М., Наука, 1969.
  14. Щедровицкий Г. П. О системе педагогических исследований (методологический анализ). В кн.: Оптимизация процесса обучения в высшей и средней школе. Душанбе, Изд. Тадж. ГУ, 1970.
  15. Генисаретский О. И. Опыт методологического конструирования моделей общественных систем. В кн.: Моделирование социальных процессов. М., Наука, 1970.
  16. Сидоренко В. Ф. Прогнозирование как процедура проектирования. В кн. Проблемы прогнозирования материально-предметной среды. Техническая эстетика 2. Труды ВНИИТЭ, 1972.
  17. Разработка и внедрение автоматизированных систем в проектировании (теория и методология). М., Стройиздат, 1975.
  18. Сазонов Б. В. Деятельностный подход к инновациям. В кн.: Социальные факторы нововведений в организационных системах. М., ВНИИСИ, 1980.
  19. Сазонов Б. В. проект новшества и программирование инновационной деятельности (к программе исследований). В кн.: Структура инновационного процесса. М., ВНИИСИ, 1981.
  20. Stschedrowitski G. Die Struktur des Zeidiens:??? Sinn und Bedeutung.- In: Sdeek??? des enakten Wissens. Wissenschaft und Technik in der Sowjetunion, 1972, N 12.
  21. Щедровицкий Г. П. Коммуникация, деятельность, рефлексия. В кн.: Исследование рече-мыслительной деятельности. Алма-Ата, 1974.
  22. Щедровицкий Г. П. Смысл и значение. В кн.: Проблемы семантики. М., Наука, 1974.
  23. Щедровицкий Г. П. Принципы и общая схема методологической организации системно-структурных исследований и разработок. В кн.: Системные исследования. Методологические проблемы. Ежегодник-81. М., Наука, 1981.
  24. Спиркин А. Г. и Сазонов Б. В. Обсуждение методологических проблем исследования систем и структур. - Вопросы философии, 1961 N 1.
  25. Приблемы исследований систем и структур. М., АН СССР, 1965.
  26. Щедровицкий Г. П. Проблемы методологии системного исследования. М., Знание, 1964, а также расширенный вариант в General Systevs, vd, XI, 1966.
  27. Щедровицкий Г. П. и Садовский В. Н. К характеристике основных направлений исследований знака в логике, психологии и языкознании. Сообщения 1-Ш. - Новые исследования в педагогических науках, вып. 2, 1964; вып. 4 и 5, 1965. М., Просвещение.
  28. Schtclrovitsky G. R. Cjnfiguration asa methd ??? corstuetion of cjmplex krocoledje. - "Sustema. tics, vol 8, N 4, 1971
  29. Щедровицкий Г. П. Синтез знаний; Проблемы и методы. В кн.: На путях к теории знания. М., Наука, (в печати).
  30. Щедровицкий Г. П. Проблематизация и проблемы в процессах программирования решений задач. В кн.: Логика научного поиска. Тезисы докладов к Всесоюзному симпозиуму. Часть 1. Свердловск, УНЦ АН СССР, 1971.
  31. Щедровицкий Г. П. Методологический подход как средство объединения знаний из разных научных предметов. В кн.: Всесоюзная конференция "Методологические аспекты взаимодействия общественных, естественных и технических наук". Тезисы докладов и выступлений. Москва - Обинск, 1978.
  32. Щедровицкий Г. П. Комплексная организация научно-исследовательских работ как социотехническая система. В кн.: Комплексный подход к научному поиску: проблемы и перспективы. Часть II. Свердловск, УНЦ АН СССР, 1979.
  33. Поливанова С. Б. и Щедровицкий Г. П. Методологическая организация мышления и деятельности как условие и средство комплексной организации НИР. В кн.: Комплексный подход к научному поиску: проблемы и перспективы. Часть II. Свердловск, УНЦ СССР, 1979.
  34. Щедровицкий Г. П. Игра и детское общество. - Дошкольное воспитание, 1964, N 4.
  35. Надежина Р. Г. Игра и взаимоотношения детей. - Дошкольное воспитание, 1964, N 4.
  36. Психология и педагогика игры дошкольника. М., Просвещение, 1966.
  37. Щедровицкий Г. П. и Надеждина Р. Г. О двух типах отношений руководства в групповой деятельности детей. - Вопросы психологии, 1973, N 5.
  38. Аросьев Д. А., Астахов В. И., Щедровицкий Г. П. Средства и методы проектирования годичного цикла спортивной подготовки. Макет учебно-деловой игры. Отчет КНГ МОГИФК по теме N 05-139-21, 1978.
  39. Мирский Э. М. Междисциплинарные исследования и дисциплинарная организация науки. М., Наука, 1980.
  40. Галкина Н. В., Гнедовский М. Б., Раевский А. М.., Щукин Н. В.. Совещание по оргуправленческой деятельности. - Вопросы философии, 1982, N1.
  41. Программно-целевой подход и деловые игры. Тезисы докладов и сообщений по 2-й научно-практической конференции 12-13 апреля 1982 г. Новосибирск, НГУ, 1982.
  42. Зинченко А. П. Игра. - Архитектура. Приложение к "Строительной газете" N 25 апреля 1982 г.
  43. Щедровицкий Г. П. О типах зданий, получаемых при описании сложного объекта, объединяющего "парадигматику" и "синтагматику". В кн.: Актуальные проблемы лексикологии. Доклады лингвистической конференции. Часть 1. Томск, 1971.
  44. Schedrowisku G. R. Pejdlems in Hie D???hmtnt ?? plameind aeti r??y - ??n Generalsustems" vol XXII, 1977.
  45. Пископпель А. А. и Щедровицкий Г. П. От системы "человек-машина" к социотехнической" системе. Вопросы психологии, 1982, N 3.

исследование